Мнение профи ,  
0 

Реформы или инерция: как не помешать восстановлению экономики

Россия, как и мировая экономика в целом, из-за пандемии столкнулась с потерями. Рецепты «как вернуться к росту» — от директора Центра исследования экономической политики экономического факультета МГУ Олега Буклемишева

В редакционной статье The Economist описал состояние глобального хозяйства после пандемии как «экономику 90%». Действительно, физические ограничения предложения и спроса из-за карантина, падение доходов и трансформация сберегательных и потребительских предпочтений людей привели к тому, что привычная нам прежде экономика теперь выглядит совсем иначе.

Уровень потерь в 10%, разумеется, можно считать условным. Какие-то категории населения, компании и отрасли, регионы и национальные экономики потеряют больше, какие-то (включая, по всей видимости, Россию) меньше, а некоторые даже выиграют. Но факт остается фактом: мы имеем дело с изрядно съежившимися объемами мировой хозяйственной активности.

О полном возвращении к докризисным параметрам — как по масштабам производства и потребления, так и по их структуре — даже на среднесрочном горизонте речь не идет. И ключевой вопрос государственной политики в России и других странах сейчас в том, чтобы сделать восстановление максимально безболезненным и динамичным.

Не задавить рост

В силу специфики кризиса национальные стратегии неизбежно будут опираться на бюджетно-налоговый инструментарий: размер фискального бремени и его распределение, а также направления бюджетных расходов, включая трансферты различным категориям населения. При этом очевидно, что увеличение налоговой нагрузки на предприятия и население станет препятствием для скорейшего восстановления экономики.

Однако сегодня в России мы, напротив, наблюдаем движение в сторону повышения налогов (введение прогрессии подоходного налога, налог на крупные вклады) и ликвидации ранее действовавших льгот (внесение изменений в соглашения об избежании двойного налогообложения с офшорными юрисдикциями).

Тот факт, что эти меры носят ограниченный характер и затрагивают наиболее состоятельные слои населения, не должен вводить в заблуждение — во-первых, лиха беда начало, а во-вторых, любой дополнительный фискальный натиск в нынешних условиях — это чистый вычет из внутренней инвестиционной и потребительской активности. Негативные последствия неизбежны, особенно на фоне предстоящего сворачивания антикризисных программ.

Кому сегодня бюджетная поддержка необходима в первую очередь? Во-первых, нужно компенсировать потери тем, кто лишился доходов, и увеличение пособия по безработице в данном случае — правильный шаг. Более того, в отдельных регионах повышенные пособия могут сыграть роль своего рода «минимальной зарплаты», способствуя оздоровлению локальных рынков труда для низкооплачиваемых категорий граждан. Борьбе с бедностью могло бы способствовать и сохранение повышенных социальных выплат семьям с детьми.

Во-вторых, нужно помочь регионам, чье положение оказалось крайне тревожным. За первые семь месяцев 2020 года поступления налога на прибыль по сравнению с тем же периодом 2019-го сократились на 18%, а регионам приходилось поддерживать повышенный примерно на 20% уровень бюджетных расходов.

Разумеется, суммарные показатели здесь скрывают огромный разброс результатов. Чтобы не допустить фискальных кризисов и усиления межрегионального неравенства, необходимо прибегать к сглаживанию шоков за счет средств федерального бюджета. Увеличение трансфертов за тот же период на 62%, или на ₽667 млрд, говорит о том, что в центре осознают эту проблему. Но важно не бросать дело на полпути, продолжая компенсировать выпадающие доходы.

Децимация бюджета: почему в кризис не надо сокращать госрасходы
Кризис , Бюджет , Расходы

Гильотина и не только

Компании в различных отраслях также переживают тяжелый стресс. Но в отличие от граждан и региональных властей предприниматели могут прибегнуть к процедурам банкротства. Именно их совершенствованием теперь и следует заняться, чтобы новый бизнес можно было бы с минимальными издержками начать с чистого листа — как для старых, так и для новых собственников.

Государственный сектор в сложных условиях может стать основой для стабилизации и выживания. Но для динамичного посткризисного развития нужна совсем другая энергия, которую могут обеспечить только частные предприятия. Поэтому так или иначе придется начать приватизацию не в меру разросшейся коммерческой собственности государства, причем приоритетом тут должны быть не фискальные интересы, а структурные преобразования экономики.

Наконец, важным антикризисным инструментом может стать либерализация регуляторной среды. На время пандемии были смягчены некоторые надзорные процедуры. Стоило бы продлить этот режим (особенно в наиболее пострадавших от кризиса отраслях), в идеале превратив его из льготного в нормальный.

Чтобы повысить гибкость и выживаемость бизнеса в трудных условиях, нужно расширить программу «регуляторной гильотины», окончательно ликвидировав многочисленные нормы, продемонстрировавшие за последние полгода свою ненужность.

Готовы ли власти к сокращению легиона проверяющих и их безмерных полномочий? Вопрос остается открытым. Как и степень готовности к реализации активной антикризисной политики — к бюджетному смягчению за счет накопленных резервов, а не повышения фискальной нагрузки, к расставанию с наиболее лакомыми кусками госсобственности, к диверсификации и открытию экономики, к утверждению основ нормальной конкуренции. Но все это необходимо, чтобы «экономика 90%» в России стала стартовым уровнем для нового подъема и обновления структуры национального хозяйства.

К сожалению, на сегодняшний день гораздо более вероятной выглядит реализация альтернативного сценария — продолжение по инерции безыдейной и крайне пассивной политики последних лет, целевой функцией которой был признан объем сформированных резервов — выведенных из национального экономического оборота ресурсов, а результатом явилось нарастающее отставание российской экономики от динамики мирового развития.

Но сценарий этот теперь чреват уже не прежней стагнацией  , а полноформатной экономической деградацией, сопровождаемой обострением бедности и социальных противоречий.

Эффект Навального: чем грозят российской экономике новые санкции
Рубль , Газпром , Валюта , Нефть и газ , Санкции


Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Спросите профи», может не совпадать с мнением редакции

От французского Stagnation – Застой. Застой экономического развития. Основной признак стагнации - замедление темпов роста валового продукта страны или низкие показатели его роста.
Чтобы начать инвестировать, нужно открыть брокерский счет
Это можно сделать онлайн за несколько минут
ВТБ Мои Инвестиции
Когда все рынки мира под рукой, инвестируйте откуда угодно
Подробнее